Русский народ ни на что не способен без иностранцев: «...Достижения России всегда были связаны с иностранцами. Как только русские сами брались за дело, так всё быстро разваливалось. Причиной являлась их неспособность к самоконтролю, управлению собой. В России всегда преклонялись перед Западом».
Русские — терпеливые люди, протестовать они не умеют, а если и протестуют, то мягко и мало. В качестве примера приводится жизнь при Ельцине: «При Ельцине уровень жизни простых людей катастрофически упал, их грабили и обманывали, как только могли, но народ лишь немного пороптал.
В 2002 году около 80% населения находилось за чертой бедности. Недовольных много, но нет организованного протеста. Русский народ в очередной раз демонстрирует потрясающее терпение и терпимость по отношению к власти. Это и есть главная традиция, доставшаяся ему к наследство от рабского прошлого.
Русские люди постоянно воевали, поэтому у них возникла терпимость к жестокости.
Ещё они считают себя выше других наций: «Русские считают себя выше других. Это нашло отражение в теории о превосходстве славянской расы. Русские смотрят презрительным взглядом не только на отсталые Восток и Юг, но и на более развитый Запад. Они всегда хотят быть первыми, быть вождями. Идея старшинства глубоко проникла в психологию русских». Внешняя политика России построена на гегемонизме: «...Даже и теперь, когда она не может считаться даже второразрядной страной, ей трудно скрыть свою гегемонистскую психологию».
Далее читаем: «Как ни старались русские европеизироваться, однако на европейцев они не похожи. Во многом они больше схожи с татарами. Точнее сказать, по формальным признакам — это цивилизованное общество, но внутри — чисто русская начинка. За внешней благопристойностью легко проглядывается истинная грубая натура. Русские — это славяне. «Славяне» в латинском языке означало «рабы».
Нравственность у русских — перевёрнута: «Русским присуще пренебрежение традиционной моралью. Противоречивость и стала особенностью русской нации: с одной стороны — восточная покорность и раболепие, с другой распущенность, разнузданность; с одной стороны — страх перед авторитетом, с другой — презрение к традициям, отказ от общепринятых принципов морали и нравственности. Это приводит к тому, что грубость они принимают за доблесть, расхлябанность и хаос — за демократию, лакейство — за добродетель».
Русские не умеют ценить свою историю, как бы отрицают саму историческую память: «...Их отношение к истории также крайне радикально. Например, они полагают, что всё старое должно быть отвергнуто, не нужно никакой преемственности. Все следы прошлого должны быть смыты, стёрты за одну ночь. И не только по форме, но и по сути. Может быть, самым смешным является их стремление поменять названия городов, улиц и площадей, снести памятники, как будто в их истории не было никаких событий, заслуживающих памяти».
В России процветает страшный бюрократизм, к чиновникам — огромные очереди. «Не важно, сколько человек будут ожидать очереди, — 10 или 100 — работать служащие будут в прежнем режиме: не торопясь, отвлекаясь на разговоры и не забывая попить чаю. Ничто не заставит их изменить свой регламент, никакие катаклизмы».
Поскольку русские только и делали, что воевали, им некогда было совершенствовать родной язык: «...известное выражение английского поэта Джонсона „Патриотизм есть последнее прибежище негодяя“ в переводе на русский выглядит так: „Не всё пропало даже у самого пропащего человека, отвергнутого друзьями и обществом, если в его душе сохраняется чувство Родины, в ней его последняя надежда и спасение“.
Русским некогда было заниматься совершенствованием своего языка — они больше воевали и боролись. Даже культурные люди с высшим образованием могут бесконечно спорить по поводу написания какого-нибудь простого слова или предложения. А уж сдать экзамен для получения российского гражданства не смогли бы даже и многие русские».
В России нет любви, но есть культ секса, который и заменяет любовь. Самой привлекательной профессией русские школьницы, понятное дело, считают проституцию; общество этому попустительствует. В газетах открыто печатаются объявления о найме девушек для оказания секс-услуг. Российское общество вообще не понимает, что такое хорошо и что такое плохо.
Что касается политиков, то они «не только не боятся подмочить свою репутацию на этой почве, но, наоборот, используют секс как орудие для достижения своих целей. Многие из них, включая членов парламента и губернаторов, открыто содержат по несколько любовниц, партия Жириновского предлагает открывать публичные дома».
Всё это — историческая данность. Пушкин, пишут китайцы, любил хвастаться сексуальными способностями, а Екатерине II и хвастаться было не нужно.
Идём далее.
Русские люди не могут не пить. «Можно не есть, но нельзя не пить — вот другая яркая особенность русских людей. Русские будут терпеть отсутствие хлеба, но взбунтуются при отсутствии водки. Водка стала важной частью культуры российского общества. Алкоголь — это то, без чего русские обходиться не могут и не хотят. Если в других странах говорят: „Кто рано встаёт, тот зарабатывает на хлеб“, то о русских можно сказать так: „Кто рано встаёт, у того будет что выпить“. Китайцы напоминают, что Ельцин был алкоголиком.
Стыда у русских людей нет ни капли. „Самое удивительно заключается в том, что они никогда не испытывают стыда, что бы они ни делали. Наоборот, они всегда находят всему оправдания“. В России на всех уровнях процветает обман.
Русские живут в постоянном страхе. Все кругом для них — враги. В России царит атмосфера всеобщей подозрительности. Роль ФСБ по-прежнему велика. „Почти все телефонные разговоры прослушиваются, и при желании спецслужбы всегда могут представить на вас компромат“.
В другом материале, „Сравнение Китая и России“, китайцы провели прямой сравнительный анализ двух стран. Если мудрый Китай, по мнению авторов, вслед за Японией и Южной Кореей, принял западную модель, то Россия двинулась по пути африканскому, в лучше случае — латиноамериканскому.
Следующий материал, „Открывая карту России“, описывает характер русского народа с точки зрения китайцев.
Gennadyi (16 июня 2014 - 15:01) писал:
Помощь
