Помощь
Директору ЦРУ от начальника отдела в Киеве.
Сообщаю, что планы A и B провалились. План C на грани провала. Перспектив разработки и реализации других планов не вижу.
Докладываю причину провала. Нашей фатальной ошибкой было взаимодействие с СБУ и генштабом Украины. Им ничего нельзя поручить. Они проваливают все возможные задания, которые им выдаются. Им нельзя поручить даже набрать графин воды. Вчера я попросил местного служащего набрать воды и дал свой графин. Ни служащего, ни графина я больше не видел.
Деньги, выделенные украинской армии для закупки бронежилетов, были украдены. Расследование идет до сих пор. Чтобы не повторять ошибку, мы сами закупили для них бронежилеты и выдали командирам, но командиры их продали. Расследование начато, но на результаты я не надеюсь. Они продают свое оружие русским, с которыми должны воевать.
Кроме указанного выше, украинские командиры постоянно врут. Сначала я думал, что они врут только мне. В ходе наблюдений выяснилось, что они врут собственному начальству, подчиненным, друг другу и сами себе. Они врут постоянно. Никакой возможности координировать действия подразделений в таких условиях нет.
Они никогда не исполняют выданных им поручений вовремя. На прошлой неделе я выдал срочное распоряжение одному из генералов, а позже увидел это распоряжение записанным на липком листке и прикрепленным к стене. Когда я спросил, выполнено оно или нет, генерал дважды подчеркнул надпись на листке, поставил восклицательный знак и доложил, что все выполнено.
У них полнейший бардак в документах. Недавно мы нашли столь необходимый нам резерв и отправили батальон спецназа для занятия и удержания стратегически важной высоты. Впоследствии выяснилось, что этот батальон находится в составе миротворческой миссии ООН где-то в Африке. На вопрос, кто отправлен на выполнение задания, генерал ответил, что отправлены новобранцы из числа местных жителей.
Уровень дезертирства в украинской армии превышает все мыслимые пределы. Сформированный с большим трудом полк новобранцев, отправленный на место боевых действий, прибывает к пункту назначения, превратившись в батальон и в первые же дни сокращается до роты.
Командиры не умеют работать с картами. Они путают реки и дороги. Техника, отправляемая железной дорогой, может уехать в непредсказуемом направлении из-за того, что местные жители переводят стрелки. Недавно противником был взорван мост, в результате чего состав с техникой поехал объездным маршрутом и оказался в Белоруссии, где и был разгружен, а сопровождающие попросили политического убежища.
Наиболее преданные своей Родине патриоты сидят в Интернете. Попытка их мобилизации провалилась, когда выяснилось, что большинство из них проживает в России, Израиле и США.
Анализ общественного мнения показал, что большинство населения ненавидит русских, но не знает, что с этим делать.
В этой стране мы должны либо делать все сами, либо наши планы обречены на провал.
Я начал понимать, почему русские не вмешиваются в ситуацию вопреки нашим прогнозам. На эту ситуацию невозможно повлиять прогнозируемым образом, можно только наблюдать.
Прошу перевести меня в любую из стран Африки или Ближнего востока. Готов к переводу с понижением в должности.
Опасаюсь, что еще полгода и я стану таким же, как они. Наш психолог рекомендовал мне сменить место службы. Надеюсь на ваше понимание.
Слава Америке, сэр!
Сообщаю, что планы A и B провалились. План C на грани провала. Перспектив разработки и реализации других планов не вижу.
Докладываю причину провала. Нашей фатальной ошибкой было взаимодействие с СБУ и генштабом Украины. Им ничего нельзя поручить. Они проваливают все возможные задания, которые им выдаются. Им нельзя поручить даже набрать графин воды. Вчера я попросил местного служащего набрать воды и дал свой графин. Ни служащего, ни графина я больше не видел.
Деньги, выделенные украинской армии для закупки бронежилетов, были украдены. Расследование идет до сих пор. Чтобы не повторять ошибку, мы сами закупили для них бронежилеты и выдали командирам, но командиры их продали. Расследование начато, но на результаты я не надеюсь. Они продают свое оружие русским, с которыми должны воевать.
Кроме указанного выше, украинские командиры постоянно врут. Сначала я думал, что они врут только мне. В ходе наблюдений выяснилось, что они врут собственному начальству, подчиненным, друг другу и сами себе. Они врут постоянно. Никакой возможности координировать действия подразделений в таких условиях нет.
Они никогда не исполняют выданных им поручений вовремя. На прошлой неделе я выдал срочное распоряжение одному из генералов, а позже увидел это распоряжение записанным на липком листке и прикрепленным к стене. Когда я спросил, выполнено оно или нет, генерал дважды подчеркнул надпись на листке, поставил восклицательный знак и доложил, что все выполнено.
У них полнейший бардак в документах. Недавно мы нашли столь необходимый нам резерв и отправили батальон спецназа для занятия и удержания стратегически важной высоты. Впоследствии выяснилось, что этот батальон находится в составе миротворческой миссии ООН где-то в Африке. На вопрос, кто отправлен на выполнение задания, генерал ответил, что отправлены новобранцы из числа местных жителей.
Уровень дезертирства в украинской армии превышает все мыслимые пределы. Сформированный с большим трудом полк новобранцев, отправленный на место боевых действий, прибывает к пункту назначения, превратившись в батальон и в первые же дни сокращается до роты.
Командиры не умеют работать с картами. Они путают реки и дороги. Техника, отправляемая железной дорогой, может уехать в непредсказуемом направлении из-за того, что местные жители переводят стрелки. Недавно противником был взорван мост, в результате чего состав с техникой поехал объездным маршрутом и оказался в Белоруссии, где и был разгружен, а сопровождающие попросили политического убежища.
Наиболее преданные своей Родине патриоты сидят в Интернете. Попытка их мобилизации провалилась, когда выяснилось, что большинство из них проживает в России, Израиле и США.
Анализ общественного мнения показал, что большинство населения ненавидит русских, но не знает, что с этим делать.
В этой стране мы должны либо делать все сами, либо наши планы обречены на провал.
Я начал понимать, почему русские не вмешиваются в ситуацию вопреки нашим прогнозам. На эту ситуацию невозможно повлиять прогнозируемым образом, можно только наблюдать.
Прошу перевести меня в любую из стран Африки или Ближнего востока. Готов к переводу с понижением в должности.
Опасаюсь, что еще полгода и я стану таким же, как они. Наш психолог рекомендовал мне сменить место службы. Надеюсь на ваше понимание.
Слава Америке, сэр!
